В общем, к тому моменту, как машина шефа подъехала к гостинице, я была готова прибить противного владельца его же шваброй. Про то, что он пытался взять у меня плату за звонок натурой — я вообще промолчу! Короче, когда Андрей зашел в холл, я была готова целовать ему ноги. Окинув меня критическим взглядом, шеф потребовал у хозяина гостиницы ключи от номера, ужин и горячее вино со специями. Сняв с себя пиджак, он накинул его на мои трясущиеся плечи и повел наверх, напрочь игнорируя лебезящего старикана.
Первым делом шеф отправил меня принимать горячую ванную, пообещав, что поищет сменную одежду. Противиться его приказам я не стала, тем более что они поразительно совпадали с моими желаниями. Провалявшись в горячей воде с полчаса, я вышла из ванной закутанная в один махровый халат, просто-напросто выкинув свои испорченные вещи. Андрей сидел на разобранной кровати, с кем-то разговаривая по телефону. Заметив мое появление, он кивнул в сторону подноса, на котором дымился бульон с кусочками мяса, парочка гренок и кружка с глинтвейном. Блаженно вдохнув божественные ароматы, я принялась наворачивать еду за две щеки. К тому моменту, как шеф закончил свой разговор, я уже допивала сладкое вино, наслаждаясь легкой дымкой, поддернувшей сознание.
— Я предупредил ребят, что мы останемся в гостинице. Теперь ты можешь мне все рассказать, — с толикой ехидства произнес Андрей.
— Да нечего рассказывать. Меня силой уволокли практически из-под носа друзей, засунули в машину и повезли к инициатору всего этого дела. Конец истории.
— И кто же был инициатором? — спросил из ванной шеф, гремя какими-то скляночками.
— Не знаю… — врать не хотелось, но другого выхода не было.
— И как же тебе удалось сбежать? — присев рядом со мной, мужчина смочил кусок бинта перекисью, а потом осторожно приложил его к моей щеке.
Кожу сразу же нещадно защипало, свидетельствуя о наличии открытой раны. Выпитое вино, подарившее тепло всему телу, немного притупило боль, одновременно смешивая мысли. Эх, а я ведь даже в зеркало на себя не посмотрела! Это как надо было вымотать девушку, чтобы она абсолютно забыла про свою внешность?!
— Я назвала им имя отца. Не люблю пользоваться его дурной славой, но, должна признаться, иногда она оказывается весьма полезной.
Прижав прохладный компресс к вздувшейся щеке, я забралась под одеяло и свернулась в клубочек, чувствуя навалившуюся усталость. Видно, Андрей решил меня пожалеть, потому что пару мгновений спустя свет в комнате погас, погружая помещение в густую темноту. Дождь, стучавший по оконному стеклу, вкупе с теплом кровати, сделали свое коварное дело, убаюкивая меня за считанные минуты. Во сне я чувствовала, что кто-то пододвигает меня в сторону и устраивается на краю постели, но не предала этому значения. Главное, что мне было хорошо и уютно, а главное — я чувствовала себя в полной безопасности.
Не помню точно, что мне снилось, но в какой-то момент я проснулась, словно от резкого толчка. В глазах все двоилось и складывалось такое ощущение, что комната плывет. Коснувшись своего лица, я с удивлением поняла, что оно мокрое от слез. Андрей лежал рядом со мной, шепча какие-то успокаивающие слова и гладя меня по волосам. Видно, я опять разговаривала во сне… Сделав пару глубоких вдохов, я повернулась к мужчине, плотнее прижимаясь к нему и пряча лицо. В конце концов, я — обычная девушка, которая может себе позволить побыть слабой.
Пряный аромат с легким налетом кислинки, исходивший от кожи Андрея, пьянил не хуже дорогого вина, вызывая в голове непристойные картинки. Отчего-то страстно захотелось попробовать смуглую кожу на вкус. Ткнувшись носом в шею мужчины, с медленно приблизила губы к горячей плоти, а потом провела по ней кончиком языка. Судорожный вздох, раздавшийся над ухом, выдернул меня из бурных фантазий.
— Ты что делаешь? — хрипло спросил мужчина, сжимая руку на моей талии.
— Не знаю, — честно призналась я, снова касаясь языком солоноватой кожи.
В свете всполохов молнии, под тяжелые набаты грома и учащенное дыхание мужчины, я начала медленно расстегивать маленькие пуговички тонкой жатой рубашки, касаясь холодными пальчиками кожи в вырезе нижней майки. Руки мужчины по-прежнему сжимали мою талию, не помогая, но и не препятствуя. Расстегнув последнюю пуговицу, я потянула края рубашки в стороны, заставляя шефа снять её. Следом полетела майка, белым клочком ткани замерев в углу комнаты. Желание, бушевавшее в моей крови, сметало собой все барьеры, выставленные когда-то доводами разума. Я хотела этого мужчину… С самой первой встречи я мечтала оказаться с ним рядом, узнать вкус красивых губ и почувствовать его глубоко в себе. Наверное, я испорченная и порочная, но — плевать… сейчас мне было плевать на все. Значение имели лишь сильные руки, освобождавшие меня из плена махрового халата и скользящие по разгоряченной коже.
Мягкие губы покрывали лицо жадными поцелуями, будто стремясь утолить невыносимую жажду. Сбивчивое дыхание шевелило волосы, разметавшиеся во все стороны и шелковым покрывалом обхватившие плечи и спину. Наконец, губы Андрея встретились с моими, поражая своим напором. Его язык настойчиво исследовал глубинки моего рта, лаская, завораживая, соблазняя. Один рывок — и мужчина оказался на мне, раздвигая коленом ноги и устраиваясь между ними. Жесткая ткань джинсов немилосердно раздражала самые потаенные части тела, заставляя набухшие складочки гореть. Движения языка Андрея и его тела, имитирующие половой акт, вынуждали меня тихо стонать, вкладывая в эти звуки мольбу о большем.
— Нам не стоит этого делать, — расслышала я шепот мужчины, теребившего мочку уха.
— Уже поздно, — на выдохе отозвалась я, просовывая руку между нашими телами и расстегивая его джинсы.
Восставшая плоть Андрея даже не умещалась в моей ладони, пульсируя подобно чему-то живому. Вязкая капелька, выступившая на самом кончике, лучше всего говорила, что мужчина и сам уже не в силах остановиться. Заставив его немного приподняться, я проворно стянула грубую ткань с бедер, тут же почувствовав, как член ткнулся мне в бедро. Схватив Андрея за волосы и притянув к себе, для поцелуя, я расставила ноги еще шире и подалась вперед, давая недвусмысленную команду. Когда головка прижалась к моему лону, я внезапно поняла, что не смогу… Просто не смогу его принять. Слишком большим он оказался.
Почувствовав сопротивление моей плоти, Андрей немного отстранился, заглядывая в лицо. Коснувшись пальцами влажных складочек, он очень медленно раздвинул их в стороны. Не разрывая зрительного контакта, он принялся ласкать клитор, одновременно с этим скользнув пальцем внутрь. Закрыв глаза, я полностью отдалась охватившим меня ощущениям, но Андрей резко остановился.
